Calendar Girl. Лучше быть, чем казаться

Одри Карлан



© Calendar Girl – July / August / September by Audrey Carlan, 2015

Copyright © 2015 Waterhouse Press, LLC

© Зонис Ю., перевод, 2017

© ООО «Издательство АСТ», 2017

* * *


Посвящения

Июль

Роза Маканулти

* * *

Июль посвящается тебе, моя пуэрториканская принцесса. Спасибо тебе за то, что пуэрториканский диалект и особенности культуры Пуэрто-Рико в этой книге аутентичны и соответствуют духу персонажей. Спасибо тебе за то, что ты потрясающий член моей команды и группы поддержки, но больше всего за то, что ты мой друг. BESOS, Ангел.

* * *

Август

Кэтти Маклин Биль

* * *

Август посвящается тебе.

В море чужаков ты отыскала меня, предложила мне свою дружбу, улыбку и острейшее чувство юмора. Я никогда не забуду того, насколько запоминающейся Ты сделала мою первую встречу с коллегами. Ни за что на свете… я не забуду тебя.

* * *

Сентябрь

Кэрин Рома

* * *

Сентябрь посвящается тебе, моя австралийская подружка. Твои рецензии всегда честны, неважно, понравилась тебе книга или нет. И тем не менее ты никогда не переставала верить в меня.

В конце концов я считаю, что конструктивная критика заставляет меня работать больше и стремиться к лучшему. Ты делаешь меня лучше.

Спасибо тебе, Ангел.



Июль



Глава первая

Светловолосая. Голубоглазая. Высокая. Богиня. Иисус и все его присные! Вселенная, должно быть, хохотала надо мной во весь голос, пока я стояла, как столб, разглядывая эту женщину модельной внешности. Выглядела она словно до возмущения идеальная сестренка Рейчел, а ведь я считала, что у Рейчел потрясающая внешность. А вот и нет. Стопроцентная промашка.

Женщина стояла рядом с отполированным до блеска «Порше Бокстер» и переминалась с ноги на ногу, как будто сильно нервничала. Пальцами она громко отбивала ритм по табличке с моим именем, которую держала в руках. А то, как она переминалась с ноги на ногу на высоченных шпильках, лишь придавало больше остроты яростному нетерпению, которое излучала вся ее фигура. С другой стороны, может, всему виной была жара Майами. Господь Всеблагой, тут можно было захлебнуться в собственном поту, однако эта блондинка выглядела безупречно, как будто шагнула в аэропорт прямиком из видеоклипа для какой-нибудь рок-композиции. Джинсы в обтяжку, настолько узкие, что выставляли на всеобщее обозрение аппетитные полукружия ее попки. А при виде ее майки у меня так и потекли слюнки – монограмма, пересекавшая парочку внушительных сисек, гласила: « Обними меня и умри». Стройную шею незнакомки украшал по меньшей мере десяток ожерелий разных размеров и с бусинами разной величины. Еще у нее была зашибенская прическа – локоны и свободные пряди, убранные назад и уложенные в сложную конструкцию в лучшем стиле рок-шик.

После того как я пялилась на нее по меньшей мере несколько минут – или так мне показалось, – она остановила на мне взгляд своих серо-голубых глаз. Шумно выдохнув, женщина зашвырнула картонку в окно машины и резво направилась ко мне. Она оглядела меня с головы до ног, начиная с распущенных черных волос и до сарафана и пары простых балеток на немаленького размера ступнях.

– Не пойдет от слова «совсем», – безнадежно тряхнув головой, заявила незнакомка. После чего развернулась и бросила мне через плечо:

– Поехали, время – деньги.

Багажник распахнулся, и я швырнула туда свой чемодан.

– Кстати, я Миа, – сказала я, протягивая ей руку.

Блондинка нацепила пару ультракрутых очков-авиаторов, развернулась и взглянула на меня поверх них.

– Я знаю, кто ты. Это я тебя выбрала.

В ее тоне прозвучала явная нотка отвращения. Женщина завела машину и вдавила в пол педаль газа, даже не дожидаясь, пока я пристегнусь. Меня бросило вперед, так что пришлось упереться руками в обтянутую кожей приборную панель.

– Я чем-то тебя разозлила? – спросила я, поправляя ремень безопасности и глядя на профиль блондинки.

Она медленно выдохнула и тряхнула головой.

– Нет, – со стоном произнесла девушка. – Прошу прощения. Меня разозлил Антон. Я занималась важными делами, когда он заявил, что я должна поехать за тобой – потому что емунужен наш водитель, чтобы оттрахать парочку фанаток на заднем сиденье «Эскалейд».

Я поморщилась. Просто великолепно – похоже, моим боссом в грядущем месяце будет вонючий козел. Только не снова.

– Паршиво.

Она быстро свернула вправо, на шоссе.

– Можем начать знакомство заново? – спросила моя спутница, на сей раз искренним и виноватым тоном. – Я, кстати, Хизер Рени, персональный помощник Антона Сантьяго. Самого горячего хип-хоп-певца в стране.

– В самом деле?

Ничего себе. Я не догадывалась, что он настолько известная фигура. Я не слишком часто слушаю хип-хоп. Скорей, альтернативный или женский рок.

– Ага, – кивнула Хизер. – Все альбомы, которые он выпустил, стали платиновыми. Он «золотой мальчик» хип-хопа и, черт возьми, прекрасно об этом знает.

Тут она ухмыльнулась и добавила:

– Антон хочет сразу с тобой встретиться, но ты не можешь явиться к нему в этом.

Ее взгляд скользнул по моему простому зеленому сарафану. Сарафан подчеркивал цвет моих глаз, и волосы с ним выглядели просто шикарно. К тому же он был удобен в поездке.

– Почему нет? – спросила я, одергивая подол платья и чувствуя внезапное смущение.

– Антон ожидает увидеть модель – секс-бомбу с безумно аппетитными формами.

Тут она снова окинула взглядом мое одеяние.

– С формами все в порядке, но такое платьице пойдет разве что Сандре Буллок в роли соседской девчонки. Тебе придется выбрать один из тех комплектов, что я для тебя купила. В доме тебя ждет целый гардероб, набитый шмотками. Надень их. Антон ожидает, что твой вид будет ласкать глаз в любой момент.

Нахмурившись, я сосредоточилась на видах за окном. «Порше» ехал по Оушен-драйв. Мимо проносились здания в стиле арт-деко, обращенные фасадами к необъятным просторам Атлантики.

– Так вода по обе стороны? – спросила я, когда мы проезжали один из больших мостов.

Хизер махнула рукой.

– С одной стороны – залив Бискейн, с другой – Атлантический океан. Как видишь, – сказала она, указывая на группы высотных зданий, – здесь в основном гостиницы типа колониального отеля и прочих знаковых достопримечательностей. Ну и, естественно, персонажи…

Девушка заломила бровь.

– …типа Антона, которые могут позволить себе тут жить.

«Порше» несся по дороге, ветер трепал мои волосы. Разглядывая каждое пролетающее мимо здание, я заметила множество ярких цветов в сочетаниях, почти не встречавшихся мне раньше. В Вегасе все либо бурое, либо кирпично-красное. В Лос-Анджелесе можно увидеть целую палитру от снежно-белого до разных приглушенных оттенков, соответствующих духу Калифорнии. Однако здесь я обнаружила настоящее буйство красок: бледно-оранжевый, синий и розовый в сочетании с белым.

– Видишь все эти дома?

Она высунула руку в окно навстречу ветру, указывая на гостиницы вроде колониального отеля и Бульвар-отеля. Я кивнула и перегнулась через Хизер, чтобы получше их рассмотреть.

– На ночь во всех включают неоновую подсветку. Типа как в Вегасе.

Вегас. Уверена, что сердце у меня забилось чаще, а глаза широко распахнулись. Внезапно я ощутила острую необходимость позвонить Мэдди и Джинель. Боже, Джин из себя выйдет, когда я расскажу ей о том, что случилось в Вашингтоне. Может, удастся вообще не поднимать эту тему? Идея, определенно, была стоящая.

– Здорово. Я родом из Вегаса, так что приятно будет посмотреть на подсветку.

Я откинулась на спинку сиденья, позволяя свежему ветерку выдуть из меня напряжение, накопленное за месяц жизни в Вашингтоне и в Бостоне, где я попрощалась с Рейчел и Мейсоном.

Затем я залезла в карман, вытащила мобильник и включила его. Он несколько раз пискнул. Я просмотрела сообщения. Одно от Рейчел – она просила скинуть смску, когда я доберусь. Второе от Тая. Тот спрашивал, по-джентльменски ли ведет себя новый клиент, или пора снова покупать билеты на самолет. И сообщение от Джинель. Вот черт. Я мгновенно прониклась дурными предчувствиями.

В желудке у меня разверзлась бездна размером с Большой каньон, наполненная первозданным ужасом.

От: Шлюшки-потаскушки

Кому: Миа Сандерс

Тебя избили? Ты в больнице? Какого хрена я должна узнавать об этом из смски брата Тая?! Если ты еще не мертва, я тебя точно прикончу.

Крепко сжав зубы и втянув сквозь них воздух, я набрала ответ.

От: Миа Сандерс

Кому: Шлюшке-потаскушке

Так, небольшой инцидент. Ничего страшного. Я в полном порядке. Не волнуйся за меня. Звякну тебе позже, когда разберусь с Любовничком-латиносом.

От: Шлюшки-потаскушки

Кому: Миа Сандерс

Любовничек-латинос? Серьезно? Да он же номер один в хип-хопе и горяч как перчик хабанеро!

От: Миа Сандерс

Кому: Шлюшке-потаскушке

По слухам, он тот еще козлина.

От: Шлюшки-потаскушки

Кому: Миа Сандерс

Готова поработать его козочкой в любое время… особенно если он поработает языком!

От: Миа Сандерс

Кому: Шлюшке-потаскушке

Вот извращенка!

От: Шлюшки-потаскушки

Кому: Миа Сандерс

Хочу быть рисом и бобами в его гарнире. И пончиком в его десерте. Огоньком на его крем-брюле, чтобы он задул меня и обсосал дочиста.

От: Миа Сандерс

Кому: Шлюшке-потаскушке

Стоп! Вот бешеная шлюха. Господи. По сравнению с тобой я просто святая.

От: Шлюшки-потаскушки

Кому: Миа Сандерс

По крайней мере, я знаю, что, если попаду в ад, ты протянешь мне руку помощи.

Я громко рассмеялась.

– Работа? – спросила Хизер, кивнув на мой мобильник.

Я отключила звук и запихнула телефон в сумочку.

– Прошу прощения. Лучшая подруга. Проверяла, как у меня дела.

Вздохнув, я собрала волосы и перекинула через плечо. Жара начала доставать. Нагнувшись, я настроила кондиционер так, что он обдавал меня блаженно прохладной струей. Ох, так лучше. Хизер явно не волновало то, что кондей работает при открытых окнах.

– У вас близкие отношения? – спросила она, поджимая губы и направляя машину в подземный гараж.

Я нахмурилась. Какое именно из слов во фразе «лучшая подруга» она не расслышала?

– Ага. Ближе не бывает. Мы знакомы уже целую вечность.

Хизер фыркнула и резко дернула за ручник.

– Везет тебе. У меня нет никаких друзей.

От ее слов меня словно электрическим током пробило.

– В каком смысле? У всех есть друзья.

Хизер покачала головой.

– Не у меня. Слишком загружена работой, чтобы поддерживать отношения. Антон должен быть лучшим. Пускай я только его ПП, на меня взваливают все дела. К тому же у меня образование в сфере делового администрирования. Может, когда-нибудь я стану продюсером знаменитого певца. Если я хочу, чтобы мои мечты сбылись, надо впахивать.

– Ну да, наверное, – пожала плечами я и потащилась за ней, когда мы приехали.

Хизер бодрым шагом направилась к лифту мимо ряда весьма впечатляющих автомобилей класса «люкс».

– Вот черт, – тихо шепнула я, глядя на целые ряды «Мерседесов», «Рендж Роверов», «Кадиллаков Эскалейд», БМВ, «Бентли», «Феррари» и еще несколько европейских марок, которые не успела толком рассмотреть.

Но то, что я увидела, то, что заставило меня застыть на месте и прирасти к бетону, – это шесть самых горячих и сексуальных байков, попадавшихся мне на жизненном пути.

«БМВ Эйч-Пи2 Спорт» – белый, с голубыми колесными дисками и 1170 кубами. Уже на том этапе я чуть не описалась от восторга. Затем «МВ Агуста Ф4 1000» – единственный на свете мотоцикл с радиальными клапанами. Развернувшись, я выпустила ручку чемодана и провела пальцем по сиденью третьего байка, сексуальному, как грех. «Айкон Шин» – весь черный, с блестящими хромовыми деталями. Я ласкала его лишь кончиком пальца, как нежный любовник, проводя по изящным обводам и окантовкам. Этот мотоцикл стоил больше полутора сотен тысяч баксов! Дери меня. Нет, правда, мне нужно, чтобы меня отодрали на этом байке.

Воздуха, воздуха мне! Я охнула и присела на корточки, все еще не в силах оторвать взгляд от этой красоты. Милая малышка, иди к мамочке. Я вполне могла бы счастливо жить в этом гараже, просто любуясь мотоциклами своей мечты.

– Э-э, прием? Земля вызывает Миа? Какого черта ты делаешь?

Я слышала Хизер, но ничего не отвечала. Сейчас ее голос был для меня словно назойливый комар – сколько бы раз ты не смахивала его, он упорно возвращается.

Я медленно встала, перевела дыхание и окинула ряд еще одним взглядом. Его замыкал оранжево-черный тюнингованный «КТМ Супер Дьюк». Возможно, самый доступный из этой шестерки – определенно он числился в моем списке потрясных байков, которые я, возможно, однажды смогу купить.

– Чьи это мотоциклы? – спросила я.

Мой голос стал ниже на октаву от благоговения перед этим воплощенным сексом на двух колесах.

– Антона. Это здание принадлежит ему. Здесь его студия звукозаписи, танцзал, спортзал – и, разумеется, его квартира в пентхаусе. У остальных членов его команды тоже тут по квартире. Даже у тебя будет собственная студия. Обычно мы поселяем там приезжих знаменитостей или тех, кто работает над его альбомами.

– И он ездит на этих мотоциклах?

– А ты фанат байков, да? – ухмыльнулась она.

– Можно и так сказать.

Мне пришлось буквально выдавливать из себя слова, и я так и не смогла пока оторвать взгляд от этой рукотворной красоты.

– Может, он тебя прокатит.

Это заставило меня прислушаться.

– Прокатит?

Хизер кивнула, улыбаясь так лучезарно, что эта улыбка вполне бы подошла для коммерческой рекламы мирового уровня.

– Хрена с два. Я не езжу пассажиром, дорогуша. Я вожу сама.

* * *

Хизер дала мне аж целых пятнадцать минут на то, чтобы освежиться, прежде чем она поведет меня вниз на встречу с Антоном. Я запрыгнула в душ, смыла с себя пот, оставшийся после целого дня пути, и обнаружила наряд, который Хизер оставила для меня. Впрочем, «наряд» – это сильно сказано. На кровати валялась неубедительная полоска ткани, короткие шортики и сандалии с высоченными шпильками и ремешками, перекрещивающимися от лодыжки и до колена. Я натянула шорты и уставилась на себя в зеркало. Любой внимательный наблюдатель мог бы с легкостью заметить солидную часть ягодиц, выступающих из-под нижнего края. Вот черт. Я развернулась передом. Шорты были обрезаны так высоко, что снизу торчала подкладка кармана. Майка, однако, оказалась миленькой. Воздушная, с двумя тонкими бретельками на каждом плече. Зажмурившись, я сосчитала до десяти и мысленно произнесла зажигательную речь.

* * *

Ты можешь это сделать, Миа.

Всего лишь месяц с небольшим назад ты расхаживала в бикини за компанию с Таем и другими моделями. А здесь все же чуть больше ткани. К тому же ты здесь не для того, чтобы демонстрировать свои исключительные моральные качества, а для того, чтобы выглядеть сексуально и сыграть горячую кошечку в рок-клипе. То есть в хип-хоп-клипе.

* * *

Громко застонав, я собрала волосы в хвост. Похоже, жара усилилась до миллиона градусов или, может, моя собственная температура подскочила до сотни.

Медленно вдыхая через нос и выдыхая через рот, я встала и вышла в гостиную. Хизер, ожидавшая меня там, говорила по телефону. Она смерила взглядом мою фигуру от мысков туфель и до волос. Дойдя до последних, девушка сердито нахмурилась. Не отрывая телефон от уха, она подошла ко мне и потянула за резинку, так что густые пряди рассыпались по плечам.

– Уже лучше, – шепнула она, взбивая их то так, то эдак.

Затем, щелкнув пальцами, она направилась к двери.

– Не поняла. Ты что, щелкнула мне своими чертовыми пальцами?

То непринужденное товарищество, что возникло между нами в машине по дороги из аэропорта, разбилось вдребезги.

У Хизер хватило воспитания, чтобы принять виноватый вид.

– Прости, – беззвучно шепнула она. После чего вновь вернулась к мобиле и сказала:

– Да, Антон, сейчас я ее приведу.

В ее словах слышалось раздражение, плотное, как теннисный мячик, который можно подбросить в воздух и поймать на лету.

– Мы будем в танцзале. Да, через пять минут.

– Миа, прошу прощения, – снова обратилась она ко мне. – От него у меня просто зубы сводит. К сожалению, он слегка на взводе. Не хотела тебя оскорбить. Судя по всему, подтанцовка подкачала. Не смогли отплясывать так, словно им в трусы забрался пчелиный рой.

Я попыталась выдавить смешок, но вышло как-то неубедительно. Страх, пометавшись между ребрами, осел тяжким грузом у меня в желудке. Антон уж точно не придет в восторг, когда обнаружит, что эта белая девушка вообще не умеет танцевать. Но меня успокаивало то, что обратной силы сделка не имела. Любовничек-латинос должен был заплатить мне гонорар независимо от того, умею я танцевать или нет. В моем портфолио такого пункта не значилось, и я никогда не утверждала, что он там был.

Двери лифта открылись в зал с целиком зеркальными стенами. Обычные лампы не горели, только помаргивающая задняя подсветка и лучи софитов, освещавшие несколько извивающихся в танце фигур. Музыка гремела нестерпимо. Мужчина в спортивных шортах и футболке отбивал ритм, хлопая в ладоши, и выкрикивал какие-то числа – должно быть, танцевальные позиции, но я не была уверена.

Хизер провела меня в зал, и мы встали в сторонке. Только тут у меня впервые появилась возможность хорошенько разглядеть Антона Сантьяго. Я уставилась на его точеное, мускулистое тело, и у меня пересохло во рту. Все вокруг меня, казалось, запульсировало в такт с ударами сердца, когда он медленно двинулся вперед. Каждый такт мелодии подчеркивал движение его плеч, один разворот за другим, и ритмичное покачивание бедер. Пот покрывал все его тело, от выступающих ключиц до выпуклых мышц груди и соблазнительных кубиков пресса. Он был не только отлично сложен, его тело как будто взывало: «Обними меня, притронься ко мне, ляг на меня нагишом».

Он крутанулся на месте – и парни из подтанцовки повторили его движение – а затем ударился об пол… всем телом. В такт с музыкой он несколько раз отжался, сначала на двух, а затем и на одной руке. Мышцы на его плечах и предплечьях восхитительно напружинились. Он повторил движение, но на сей раз добавил к нему вращение бедер, словно трахал землю. Мать пресвятая… мне захотелось подбежать к нему и плюхнуться на пол, чтобы он смог попрактиковаться на живой, дышащей, горячей женщине. А мне было горячо. И еще как. Обмахиваясь, я следила за тем, как его тело изгибается, разворачивается и взмывает в воздух. Он приземлился на ноги и снова повторил вращение и толчок бедрами под невозможно сексуальные слова песни:

«Детка, танцуй со мной…» – переворот «Я всю ночь проведу с тобой…» – толчок «Позволь мне тебе помочь…» – переворот «Я с тобой проведу всю ночь…» – толчок

Он накрыл свои достоинства широкой ладонью и подтянул вверх, снова взмывая в воздух. Выглядело это так, словно золотисто-бронзовый бог только что кончил долбить девушку мечты и сейчас проверял состояние своего оружия, прежде чем вновь вступить в сексуальный поединок.

Музыка внезапно смолкла.

– Ладно, ребята, на сегодня хватит. Антон, все нормально, – выкрикнул парень в шортах.

Антон не сказал ни слова, лишь приподнял подбородок в царственном жесте, который был круче, чем яйца. Стайка девчонок подбежала к нему с полотенцем и водой.

– Ох, Антон, ты был просто потрясающим. Таким сексуальным.

Он остановился где-то в метре от меня, сверля взглядом. Зеленые глаза против зеленых глаз. Его горели, мои светились желанием.

– Оставьте меня, – сказал он.

– Но я думала, мы развлечемся после репетиции? – вякнула одна из девушек при поддержке подруги.

Он нахмурился.

– Антон не повторяется. Vete al carajo, –сказал он, прогоняя их взмахом руки.

Судя по их кривящимся и раздосадованным лицам, ничего хорошего это не значило. Впоследствии я узнала, что фраза переводится как «валите нахер».

– Lucita.

Когда мужчина облизывается так, как он облизнулся сейчас, по позвоночнику у вас бегут мурашки, а внутри все буквально сжимается. Да, ему стоило лишь один раз облизнуть губы, и моя киска сжалась.

– Теперь, когда ты здесь, что же нам с тобой делать?

От его пуэрториканского акцента у меня только сильней вскипела кровь. Взгляд Антона обшарил меня с ног до головы. С тем же успехом он мог протянуть руку и провести пальцем по моей коже – вот как остро я ощущала этот взгляд.

Эти зеленые очи затуманило то, что могло быть лишь незамутненной животной похотью. Мы стояли, глядя в лицо друг другу, словно между нами бушевала безмолвная война. Ноздри трепетали, глаза щурились, пока, наконец, я не заговорила:

– Ты мог бы покормить меня. Я умираю от голода.

Хизер, стоявшая намного ближе, чем я думала, громко фыркнула, снимая воцарившееся между мной и Любовничком-латиносом напряжение. Теперь, когда он стоял прямо передо мной, стало более чем понятно, откуда взялось это прозвище.

Певец резко повернул к ней голову.

– Извини, Антон, – сказала Хизер и отвернулась, не в силах спрятать улыбку.

Антон протянул мне руку.

– Миа, давай-ка тебя хорошенько заправим.

Он произнес это таким тоном, что в голове завертелось сотня неподобающих мыслей, не имеющих никакого отношения к еде. Я облизнула губы и хлопнула себя по ляжкам.

– Ага, давай.



Глава вторая

Втроем с Антоном мы направились к лифту и поднялись в пентхаус, где располагалась личная резиденция Любовничка-латиноса. В ту же секунду, когда двери открылись, Антон шагнул в них, не предлагая нам присоединиться.

– Ты знаешь, что делать, Хи, – прокричал он через плечо, даже не удостоив нас взглядом.

Хизер потянула меня в противоположном направлении.

– Идем, девочка. Думаю, нам нужно пропустить стаканчик. И побольше.

Мы зашли в довольно просторную кухню. Всю стену занимал ряд белых кухонных шкафов, каждый с черной ручкой, украшенной завитками. Узор был уникален для каждого шкафчика, словно все они изготавливались индивидуально. Перед шкафами и новейшей кухонной техникой вытянулся неприлично длинный прилавок, отделанный черным гранитом. Десять барных табуретов с круглыми сиденьями выстроились перед ним в одну идеально ровную линию. Я отодвинула один и уселась, как можно тщательней подоткнув под себя крошечные шортики, чтобы задница не свисала со стула. Это никому не придаст изящества.

– Тебе нравятся гранаты? – спросила Хизер, доставая два хрустальных бокала для мартини.

– Очень, – кивнула я.

Она вытащила огромную бутылку водки «Серый гусь», металлический шейкер и сок.

– Так что Антон планирует со мной делать? – поинтересовалась я, пока она забрасывала в шейкер кубики льда.

Затем Хизер щедро плеснула водки и добавила самую малость гранатового концентрата.

– Не считая траха? – ухмыльнулась она.

Ее слова прозвучали скорее как обвинение, чем как вопрос. Я отпрянула, не веря такой беспардонности.

– Не строй из себя паиньку. Я видела, как вы двое только что пожирали друг друга глазами в студии. Думаю, он разложит тебя сегодня же вечером.

Хизер подтолкнула ко мне стакан, до краев наполненный багряной жидкостью.

– Пей до дна, – заявила она и сделала большой глоток.

Я последовала ее примеру – мне нужно было набраться храбрости, чтобы вправить ей мозги.

– Ты, похоже, не слишком высокого мнения обо мне, да?

Мои слова так и сочились ядом, словно укус гремучей змеи.

Брови Хизер сошлись к переносице.

– А разве ты не спишь со всеми своими клиентами? Ты же эскорт.

В одном этом слове «эскорт» заключалась невероятная доза презрения.

Тут я с грохотом опустила бокал на стол, расплескав алую жидкость по всему прилавку.

– Я сплю с кем хочу и когда хочу. Это не входит в мой контракт. Я эскорт, а не шлюха.

Резко выдохнув, я продолжила:

– Я предоставляю услуги по сопровождению и удовлетворению других потребностей, но секс с клиентами в эти потребности может и не входить.

Я так и кипела от негодования, хотя, технически говоря, и переспала с некоторыми из своих клиентов. Но не со всеми.

Я решаю, с кем, и я решаю, когда. Точка.

Недобрые мысли о тех мужчинах, которые хотели навязать мне свое представление о том, с кеми когда, вспыхнули у меня в подкорке. Если бы я могла, то загнала бы эти гнусные воспоминания обратно кувалдой, заперла в самом темном чулане и выкинула бы ключ. Вы не сможете управлять мной.

Жажда расплаты опалила мою грудь и прожгла в горле огненную дорожку. Ее подпитывал все еще отпускавший меня страх после того, что недавно произошло между мной и Аароном.

– Теперь я знаю, почему у тебя нет друзей. Ты предвзятая, стервозная и попросту грубая!

Хизер отступила на несколько шагов, так, что врезалась спиной в противоположный прилавок. От удара содрогнулась даже морозилка из нержавеющей стали с двойной дверцей. Не смотри я на девушку так внимательно, я, возможно, и не заметила бы, как ее голубые глаза подозрительно заблестели. Она откашлялась, прижала к груди руку с тонкими пальцами и пробормотала:

– Прошу прощения, Миа. Это было невежливо с моей стороны.

– Да уж точно, черт побери, абсолютно невежливо!

Я так сильно сжала зубы, что даже челюсть заболела. Пришлось быстро опрокинуть в рот остаток коктейля, чтобы его огненный вкус выжег привкус подступившей рвоты.

Хизер облизнулась, растерянно шаря глазами по комнате.

– Я еще раз прошу прощения. Я наняла тебя не для того, чтобы ты спала с ним. В этом у него как раз нет недостатка. Ты будешь главной героиней нового видеоклипа. Женщиной, которую он вожделеет, искусительницей, которую не способен заполучить.

Искусительницей. Вот уж до чего мне как до луны. Это прозвучало настолько смехотворно, особенно в свете только что состоявшейся напряженной беседы, что я откинула голову и рассмеялась. Это был утробный, громовой хохот, с всхлипами и икотой, который с каждой секундой становился все более громким и истерическим.

Брови Хизер взлетели к самым волосам.

– Э, ладно… больше выпивки тебене даем!

Она подмигнула, ловко разряжая ситуацию.

Я поставила локоть на стол и положила подбородок на ладонь.

– Сегодня был странный денек. Да что там, весь прошлый месяц был сумасшедшим. Это просто вишенка на том безумном торте, который я зову своей жизнью.

Я покачала головой и запустила пальцы в волосы. Они здорово отросли. Может, надо будет урвать немного свободного времени и подстричься.

Вопреки собственным словам Хизер смешала нам обеим еще по коктейлю.

– Мы можем заключить перемирие? Я действительно не хочу, чтобы ты плохо ко мне относилась, и я просто неправильно поняла, чем ты занимаешься.

Ее голубые глазищи на хорошеньком личике казались такими большими и круглыми, даже невинными.

Я протянула ей руку. Хизер взглянула на нее – реакция у девушки, похоже, была замедленной от усталости – а потом сжала в своей. Мы обменялись крепким рукопожатием.

– Мир, – улыбнулась я.

Она ухмыльнулась в ответ и повторила:

– Мир.

– Две леди, пожимающие друг другу руки над бокалами со спиртным, могут заставить мужчину понервничать. Что вы тут замышляете? – поинтересовался Антон, входя в кухню.

На нем были белые хлопчатобумажные штаны на резинке, свободно свисавшие чуть ли не по самое не могу. Их он дополнил свежайшей мятно-зеленой сорочкой, которую не потрудился застегнуть, так что его скульптурно вылепленный живот был выставлен на всеобщее обозрение. Пальцы с безупречным педикюром выступали из-под широких штанин. Черт, даже его ступни выглядели привлекательно. Одно это уже говорило слишком много о том удивительном образчике мужской красоты, что стоял передо мной. Я наблюдала, как он движется с грацией пумы, несмотря на вес всех этих мышц. Антон не был низким, но и особо высоким ростом не отличался. По моим прикидкам, около метра восьмидесяти, что нормально смотрелось рядом с моими ста семьюдесятью тремя сантиметрами, хотя обычно я предпочитала мужчин повыше, вроде Уэса и Алека.

Уэс и Алек. Двое совершенно разных мужчин, два совершенно разных чувства, мгновенно охвативших меня. Первый вызывал неугасимую надежду на возможное совместное будущее, а второй – неугасимое желание.

Антон подошел к Хизер и обнял ее одной рукой за плечи.

– Значит, Хи, эта Lucitaи будет недоступной возлюбленной в моем видео?

Он сжал плечо Хизер, по-дружески притягивая ее к себе, но при этом не сводя глаз с меня. Девушка молча кивнула и закатила глаза. Вторую руку Антон поднес ко рту и принялся поглаживать нижнюю губу большим пальцем, при этом продолжая рассматривать меня. Казалось, что кончик его пальца скользит по всем изгибам моего тела – таким взглядом он пожирал каждый сантиметр моей кожи.

Не стану врать. Я млела. Просто таяла. Черт, его внешность ничем не уступала манере двигаться и говорить. Этот легкий пуэрториканский акцент и то, как слова скатывались у него с языка, словно сам секс во плоти… все это действовало на меня. Действовало так, как мне бы не хотелосьпосле всего того, через что я прошла в июне с Аароном. Но, что бы вы думали – у этого парня, Любовничка-латиноса, похоже, были реактивные феромоны. Я чувствовала каждую их молекулу, как удар прямо по моей киске.

–  Черт, да ты настоящая красотка, – сказал Антон, наставив на меня подбородок. – Шаги знаешь?

– Э-э, какие именно шаги? – спросила я.

Встав на цыпочки, он крутанулся, отпрянул от Хизер и, продолжая кружиться, двинулся вдоль стола, пока, хлопнув в ладоши и качнув бедрами, не остановился рядом со мной. Антон замер в миллиметре от моего лица. Я ощутила запах геля для душа и кокоса и тут же вспомнила, как лежала на солнечном пляже на Гавайях. Я была бы не прочь полежать на пляже на Гавайях прямо сейчас, предпочтительно под этим божеством секса.

– Шаги, muñeca, – прошептал он.

Я чувствовала тепло его дыхания на своем лице – легкие дуновения, терзающие мои нервы и пробуждающие рецепторы похоти, пребывавшие в течение последнего месяца в спячке.

Не отводя взгляда, я подалась ближе, прижавшись щекой к его щеке так, чтобы шепнуть ему на ухо:

– Что значит muñeca?

Слова прозвучали мягко, практически лаская его кожу.

– Куколка.

Его голос был хриплым, как будто Антон проглотил ложку песка.

Данная книга охраняется авторским правом. Отрывок представлен для ознакомления. Если Вам понравилось начало книги, то ее можно приобрести у нашего партнера.
Поделиться впечатлениями